• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: главы жизни (список заголовков)
14:05 

Продаю...

Я - пустое место. Но из пустого места всегда получается что-то великое. (с) Ди.
Продаю себя в рабство.
Цена: Недорого - Бесплатно.
Умения: Тупить.
Краткая автобиография: Хроническая неудачница.
Польза: Постою рядом с Вашими врагами и у них всё пойдёт к черту.
Звонить: Постучать по голове, крикнуть в ухо, написать в коммы даяри.
Живучесть: Предложение действует пока товар жив.
Эксплуатация: Да по барабану везде провалю...

@темы: Главы Жизни

05:42 

Разговор.

Я - пустое место. Но из пустого места всегда получается что-то великое. (с) Ди.
Душа: Есть вещи которые ты не в силах изменить.
Я: Но Ты дала мне силу.
Душа: Мои способности ничто без тебя, а ты слишком мала чтоб воплотить. Ещё рано. Ты делаешь слишком много глупостей.
Я: Я же стараюсь и делаю то что Ты мне говоришь.
Душа: Но я не прошу тебя одновременно рушить мои планы. Ты нужна мне для их осуществления.
Я: Значит я просто кукла в твоих руках. Тело, чтоб выполнить то что хочешь Ты.
Душа: Нет. Ты же знаешь, я люблю тебя потому что я - это ты. Я твоя Душа.
Я: Но я хочу жить, любить, развиваться, читать, учиться. Я не хочу делать больно.
Душа: Ты и не делаешь.
Я: Но им плохо. После того как я вмешиваюсь.
Душа: Иначе нельзя. Так надо.
Я: Ты всегда так говоришь. Но мне надоело просто Так надо... Я хочу существовать. Научи меня жить в этом мире.
Душа: Я работаю над этим.
Я: Слишком долго. Я теряю время, у нас его нет.
Душа: Время... Ты забываешь, моё Время - Вечность.
Я: Но моё - всего лишь маленькая жизнь, где я хочу семью, учёбу, я не хочу в больницу.
Душа: Тогда слушайся.
Я: Ты всего лишь душа. Я же сильнее тебя.
Душа: Я уже стала с маленькой буквы?
Я: Да. Нет... Прости. Я просто устала. Слишком много проблем и шума в голове.
Душа: Расслабься. Я всё улажу. Я нужна тебе потому что я- это ты. Больше ты не должна никому верить. Но и одновременно не верь мне и верь остальным.
Я: Я так не могу. Ты противоречишь. Из-за этого много проблем.
Душа:Нет просто ты не научилась,потерпи. Осталось чуть-чуть. Я же рядом. Держу тебя за руку. Чувствуешь тепло? А теперь иди вперёд.
Я: Если ты так говоришь...
Душа: Я знаю. Так надо.

@темы: Рассказы, Порывы, Главы Жизни

01:09 

Рваная страница из дневника...

Я - пустое место. Но из пустого места всегда получается что-то великое. (с) Ди.
Ещё ни разу человек не был так одинок, когда он видит счастье других, радуясь, при этом осозновая свою безисходность.Я ненавижу за это себя. И наверное, не только себя. Ещё не разу человек не был так безчувственен, когда делает любимым больно, при этом раздражаясь на них. И любя чистую, светлую толику, навес золота, тех, кто рядом. Одновременно их ненавидишь. За то, что находясь рядом - ты для них только фон. Прося у них помощи, ставя вопросы важные, для них это только фон бытовой жизни. Больше я не начую у друзей - от этого мне только одиночнее. Я слышу счастье, вижу жизнь, но не могу насладиться плодами Бога. И веду для Него, на мой самовлюблённый взгляд, одну из сложных странных жизний. Я не отрекалась о тплодов Его- и не могла насладиться ими. И засыпая одна - я только фон для кого-то. Но не целая жизнь, где меня хотя бы ценят.

12.03.2010 5:41 a.m. С бессонными глазами в ночи. Ди.

P.S.
Продолжаю своб занудную мысль...Я обои. Я фон для чьих-то жизней. И больше я не хочу быть чем-то, кроме себя. Такое осуществиться на том свете. И плакать не могу. Только пару раз в год. Когда совсем плохо. И мне не отвечает счас Бог - пока Он вне зоны доступа. Кто-нибудь! Я тут! Помогите... Я закрыта. На двери табличка "Одиночество. Опасная зона". Тень. Хоть кто-нибудь. Чтоб я была не одна и не фантазировала со своим глосом в одиночестве, меняя интонации. И я и так кричу - но почему-то другие счастливы и не слышат, как плачут стулья. Наверное, если у меня будут дети, они будут приёмные, потому что такие - дорого мне достануться. Я опять в себе. Если кто-нибудь соизволит это прочесть - пусть это будет Дьявол. Он всегда досигаем. Как эта, моя душа? Ну да. Я вроде целый человек! но почему-то никому не нужный. Наверное, надо подождать. Время бесконечность, но именно его нам не хватает. Но зачем так мучиться, сейчас? Осознавая, так страдать. Мне же так больно. Мне плохо. И все от этого отбрыкиваются, будто я пессимистка, а так как неформал, так вечно смеются и гвоорят пойти в эмо... Не вижу ничего смешного в Боли. Скоро моё имя станет Боль. Если всё так же пойдёт к чертям. Если всё так же полетит вниз. Я уже складываю руки. Кто-нибудь! Дёрните нитки марионетки. Они же без рук. Подаю объявления "Ищу жизнь. Просьба объявится в качестве способа связи". Пока всё.

В себе-не в себе D. 12.03.2010. 5:52 a.m.



Блять.
3 апреля 2010.

@темы: Порывы, Главы Жизни

13:54 

Я - пустое место. Но из пустого места всегда получается что-то великое. (с) Ди.
Не в коем случае не опускай руки. Не вздумай. И никогда не грусти. Всё отрицательное в твоей жизни - моя работа. И моя зарплата - это твоя визитная карточка, твоё счастье, твоя улыбка. Я люблю вас.

@темы: Порывы, Главы Жизни

01:47 

Моё восхищение той девушке, с которой случился этот разговор сегодня. Люблю её)

Я - пустое место. Но из пустого места всегда получается что-то великое. (с) Ди.
Она: Расскажи мне о себе, что можешь или что хочешь.
Я: Это сложно..Ты уверена что хочешь этого?
Она: мне интересно знать о тебе.
Я: мм..дай подумать.. Прости если это займёт время.. просто вопрос и впрямь поставил меня в ступор..
Я: Обо мне...
Мне нравится манера, которая складывается в проявление индивидуальной красоты. Мне нравится честность, во всех его проявлениях, но не откровенность. Я ненавижу пороки. Не умею любить... Только обожать или не видеть вообще чего-то. Мне нравится кофе с сигаретами, иначе его не пью. На меня не действует алкоголь или наркотики. Уже нет. Я бывшая наркоманка, но и сейчас спокойно дую наркотики с 40 летними мужчинами бизнесменами, отмечая с ними сделки на пару миллионов, которые мы провернули вместе,употребляя самый дорогой ром в Москве. Я обожаю свою мать, и так же равно ненавижу. Мечтаю построить свой дом и родить ребёнка. Вижу в чёрно-белом цвете. Обожаю творить и проявлять мир через разные способы связи. Я умею танцевать, играть на фортепиано, рисовать, фотографировать, петь, пистаь стихи и вообще писать, любить...) Я обожаю животных. И могу найти общий язык с каждым. Наверное потому что всю жизнь прожившую была с ними тесно связано, никто никогда не любил меня преданней кошки...Никогда это не было так взаимно. Я обожаю детей и стариков и ненавижу людей. Мне нравится море... безумно люблю мир. Своё детсвто запомнила в похоронах, слезах, и обидах в свой адрес. Но даже тех кого я ненавижу, воспоминания с ними самые дорогие, и я храню их глубоко у сердца. Мне нравится то что необычно. Во всём я могу найти плюсы и минусы, и в любой ситуации могу найти выход. Не боюсь боли... Вообще. Наверное поэтому руки все в шрамах... Боль на сердце для меня страшней. Я не умею радоваться, скучать, быть серьёзной. Меня многому надо учить. Я обожаю книги. Обожаю развиваться. Считаю что человек должен быть разностороннем, чтоб найти общий язык со всеми и найти выход из любой ситуации, чтоб меньше делал ошибок. В частности с миром.
В общем... О себе? Сказать можно многое, и с каждой минутой что-то новое. Со мной дружат по пять лет и каждый день узнают обо мне что-то новое. Я безумно боюсь старости... Потому что в молодости часто сталкивалась со Смертью. Безумно боюсь умереть одна. Я люблю пиво и мартини. Девушек и кокаин. Я люблю Свободу и Слово. Считаю что Слово - самое великое придумка, на равне с Миром. Я верю в Бога. Но помимо Него считаю богами Смерть, Жизнь, Чувства, Свободу, Нежность, Природу,Вселенную, Судьба...их много, и у каждого есть то, что нет ни у кого. Потому что нет ничего ближе, чем проявления Бога в том что нас окружает. Я уважаю всех равно. Я это я - не больше и не меньше. Самые точные слова о себе я написала только наверное в этом тексте до последней точки.
Моя музыка это ветер. Мои рисунки это небо. Мои слова это Тишина. Вместо людей я разговариваю с Жизнью, пью чай со Смертью, машу рукой Судьбе, и обнимаю Музыку. Мне нравится те, кто могут посидеть со мной в тишине часами, понимая меня без слов, и улыбками. Я люблю знания, и стремлюсь.. к покою, да, наверное именно к нему. Я обожаю зелёный чай с жасмином, и сладости... Я ненавижу розы и люблю герберы с лилиями. Мне нравится чёрный. Но только тот что в контрасте с белым. Я люблю касаться человека - мне дорого его тепло, мне нравится собирать его в ладони, и окунаться, словно в море. Я ненавижу крики, но обожаю детей. Плачу я только по воспоминаниям. Их слишком много. Я в прошлом. Время идёт а я там. Ибо.. Чтобы видеть будущие, надо жить на пике прошлого и ненавидеть настоящие. Я ненавижу кофе со сливками,только с лимоном. Я ненавижу мармелад, только горький шоколад. Ненавижу коньяк, обожаю мартини. Ненавижу ложь, и людей что живут только телом, тех, кто меня просто хотят, и ещё.. самое главное.. я ненавижу себя, свою внешность - она причина многой моей боли. Я не умею многое чувствовать, например радость,скучать, или.. ненавидеть как человек, чувствовать как человек. Я обожаю Бога, и ненавижу людей, мне нравится ночь, и белая луна, я ненавижу солнце и жёлтый цвет. Смеюсь? Когда Жизнь и Смерть одновременно заставляют меня подняться с пола, с земли, когда я спотыкаюсь. и плачу. А плачу я.. кровью. По сердцу. По настоящему, я не умею. Толкуй и суди их как тебе нравится...
Она: Спасибо.
Я: С чего такой вопрос вдруг?Знаешь вообще очень сложно судить о себе, самое большое "о себе" складывается со стороны...
Она: к сожалению, да. почти всегда это самое "со стороны" творит много плохого в личности человека. может, правда, иногда и помочь. всю жизнь борюсь с независимостью от этого, но до конца это невозможно.
ты мне нравишься. А знаю я о тебе только, в основном, "со стороны". Мне хотелось узнать ход твоих мыслей)
Я: тогда лучше почитай мой дневник, он говорит обо мне о многом.. Каждый строчка - отдельная история в моей жизни
Она: почитаю обязательно! но дневник, все-таки, пишется в определенное настроение, в какое-то время.
А вот что человек может внезапно о себе, это другое говорит.
Я: Ну да ты права. Но зато ты увидишь мою реакцию на то или иное..


До этого мы общались год, но всё-таки приятно что такие как она у меня есть.
Ценю, восхищаюсь, люблю.

Граф Ди.

@темы: Рассказы, Порывы, Главы Жизни

04:56 

Я - пустое место. Но из пустого места всегда получается что-то великое. (с) Ди.
Я никогда не назову себя тем, кем не являюсь и не понимаю. Не беру пример с фанатичности книжных персонажей натягивая их маску. Или кричу о том что я кто-то. Так сложно... Странно. Не понятно и неизъяснительно для самого себя. С каждой ночью я осознаю что не получаю никакого удовольствия от дня. От общения с людьми и с каждым разом желание кого-нибудь убить ножом которым на поясе сдерживать сложнее. Настанет лето, и я опять буду где-то лазить. Пугать людей своими юбками, или странными заморочками залезть повыше и уйти подальше от людей которым на тебя всё равно. Но всё же уеденинения и покой требует своё.И всё же, независимо от того что ты не понимаешь кто ты. Что умеешь. на что способен ты тянешься быть самым загадочным и странным существом и созданием этого мира - человечеком...
А жаль. Надо убивать вс ебе это желание и просто уже отказаться даже от их изучения находя общество самого себя. Ведь твоё сумасшествие можешь понять только ты сам.

@темы: Порывы, Главы Жизни

02:41 

Она

Я - пустое место. Но из пустого места всегда получается что-то великое. (с) Ди.
Друг: Хочу увидеть, кто она, плииизз.))
Я: В статусе стоит.
Друг: А почему она?
Я: Потому что она лучшая.
Ты видишь какие у неё глаза и улыбка ?Потому что это мои глаза и моя улыбка. Любимые. Потому что за то, что бы слушать её смех я отдам многое, а за её помощь и поддержку в моей жизни и терпение меня - ей памятник надо поставить.
Друг: Как то очень патетически,не находишь?Я тоже так думал)))серьезно)более того я искренне в это верил)))а вот по факту,что вас связывает?
Я: Помощь, поддержка, забота, события, слёзы. Опыт.
Любовь без слов.
И ещё запах её волос. )


@темы: Главы Жизни, Порывы

04:06 

Заключений утверждений I.

Я - пустое место. Но из пустого места всегда получается что-то великое. (с) Ди.
Она бежала и рвалась. Что бы сесть, начать писать, уйти в творчество. Куда-то. Ей определённо надо было кому-то как-то показать, с кем-то поговорить и поделиться мыслями, выражая в правильной форме. Выражая, так как это будет угодно только ей, и именно эти мысли поймёт хотя бы кто-то. Целиком и полностью. Поглотившись чёрными клавишами, со стёртыми белыми буквами. С пеплом, который падал на клавиатуру, и дымом, от которого слезились глаза. Помутнённая голова от мыслей, от слов, от желаний. Волнение от предвкушения в поглощение в мир, где пусть и в тайне переживания хранится понимание. Левый глаз был особенно с прищуром от дыма, по привычке. Изредка поправляя очки на носу, она только печатала, напрочь забывая про сигарету, что дымилась в закрытой, душной коробке - её комнаты. Наполняя всё иным и иным кислородом, к которому она определённо была рада. Клыки. Зубы. Не важно, но она зажимала фильтр сигареты, от волнения его прикусывая. Даже не затягиваясь, либо слишком яростно от помутнения разума, вливания в строчки. Жалея, что вторая рука занята, что нереально плакать и печатать одновременно. Ей был жарко. Но открывать окно не стала, чтобы не было холодно. Она не обращала внимания на те эмоции, что переживала и то, как они отпечатывались внешне. Единственное, ей было жаль кошку. Та, устроившись уютно на диване, постепенно и лениво облизывалась, предвкушая чихание от дыма.
Почему печатала, почему не пишешь вручную? Так удобнее. Так говорят многие. Но в связи с какими-то странными понятиями, вручную она почти не пишет. Она разучилась писать. Да и за ходом её мыслей вряд ли могло успеть просто перо. А понять то, что она пишет в порывах, хотелось ей самой. Это был её личный наркотик. Размазывая пепел на клавиатуре, она не собиралась писать что-то великое, или не дай Бог книгу. Это очень тяжело. Она для этого была слишком глупа и не имела большого таланта. Вот фильтр начал жечь пальцы. Потушив, не глядя, не отрываясь от клавиш, она автоматом достала вторую сигарету, не прикуривая, поправила очки, потёрла слипающиеся глаза, и продолжила. Зависнув лишь на момент, с той же сигаретой. Она пыталась сформулировать слова, которые и так и без всякой помощи складывались сами собой. Во время всего этого она не представляла не день, не вспоминала события, она думала и пыталась понять как великие, писали часами под свечами, и твори вещи, которые люди разгадывают годами. Как это было.
Красиво.
Перед монитором стояла чашка чая. С мятой и карамелью. Не горячий. Как она любит. Сладкий. Локоть левой руки определенно требовал разминки, на которую не было времени. Она вспоминала то болезненно сладкое ощущение. Когда ложишься в постель и ломит всё тело, но ты понимаешь что пусть и день был каким-то не тем, он был не зря, потому что что-то сделано только для себя. Для своего понимая, личного уголка. Его могут не понять, трогать, копаться, унижать. Но ей всё равно. Потому что истину знает и видит своей души только она сама. Хотя и для неё это были большие потёмки. В ушах звучала одна и та же песня. Она не любила печатать под музыку, редко получалось. Но это тот самый случай, когда горячо. Когда нет сил терпеть.
Всё началось с плохих снов. Она видела в нём мертвых. Двоих дедов. Они как раз умерли недавно. Она плыла на корабле, и начался страшный шторм. Помнит, как качало, было мокро, как во сне она кричала, ворочалась. И почему-то именно она на палубе отвечала за лошадей. Видела чёрного сильного коня с красными глазами, который в бешеном порыве от волнения и суеты вокруг вырвался из-за стойла перегородки, и начал метаться, снося людей. Он был её любимым жеребцом. Она не понимала, почему не могла его усмирить. В какой-то момент он сильно лягнул её копытом, и тогда же, корчась от боли, она в дождевике отлетела по мокрому полу, зажав рукой грудь, морщась, боли прибавилось от удара головы. В глазах всё помутнело и к тому же шаталось. Но сквозь туман она услышала выстрел ружья и дикое ржание. Девушка вскочила, падая и скользя на досках, скину с головы капюшон дождевика, нагнулась рядом с конём, который упал, тяжело и сильно упал. Он хрипел, пасть была открыта. Глаза закатились, и он умирал, все руки её были в крови. Она шептала ему на ухо, что всё будет хорошо, прижимая голову к себе, и, пальцами нащупывая мясо. Рука тонула в крови от зияющей раны на шее. Он умер. Она мало что понимала, то, что происходило вокруг. Но он определённо был мёртв. Она поднялась, шатаясь во все стороны от сильной боли в рёбрах, подошла ко второму стойлу. Девушка не винила тех, кто его застрелил. Они испугались. Но он был лучший.
В её горле пересохло. Глотнув чаю, встряхнув головой, растрепав короткие волосы, она словно почувствовала тот морской воздух.

Во втором стойле стояла нежно-шоколадного окраса кобылка. Она была спокойнее, но тоже билась и рвалась убежать. Она пыталась её успокоить, но та, выбив двери, побежала без оглядки наверх.
- Стой! – громко приказала она, едва попытавшись ухватить животное хоть как-то. Но сквозь шум и гам вокруг кобыла естественно ничего не услышала. Она побежала следом, видя лишь её хвост и поводья, оказалась на верхней палубе, где было много людей, они метались. Молодые матросы. И сильный шторм. Такого яркого шторма она никогда не видела. Такой живой природы и таких неописуемых красок глубины и темноты. Она не боялась того что погибнет. Скорее, восхищалась и наоборот мечтала в этом увязнуть. Гремели молнии, в голове стоял шум от дождевика, которого сносило сильным ветром, но тут кобыла забежала за угол, она, очнувшись, побежала следом, и сама того не заметив резко столкнулась с дверью.
Вывалившись в другой стороны, она упала на лестницу, которая к удивлению ввела верх. Она быстро поднялась и по мокрым следам, оставляя такие же мокрые, но такие другие следы побежала вверх. Это оказался выход из метро. На улице была оживлённая траса, там уже шум сменился на гам машин и каблуки людей. Светило яркое солнце. Всё не то, что было на корабле. Но было такое ощущение, что всё это было на заднем фоне. Их никто не видел. Она побежала за лошадью, которая бежала по людям, а точнее сквозь них, пытаясь поймать за поводья, наконец, с трудом догнав, она резко вскочила на неё без седла, ласково успокаивая и шепча что-то на ухо, конным шагом направилась, обратно, к двери, она понимала, что животное будет в панике. Однако, когда вернувшись, и спустившись по ступеньками обычного метро, она вернулась на палубу, и шторм не глушил их. Хотя море всё ещё видно сердилась. Грозовая туча ушла куда-то вперёд, молнии гремели уже дальше.
- Миледи, Вы в порядке? – на её ботинок опустилась грубая мужская ладонь, смотрели пронзительные яркие карие глаза. Молодой матрос.
- Да. Я выпадала. Надо было поймать её, чтобы не было нарушение равновесия. - Она соскочила с лошади, осматриваясь вокруг. Пыталась оценить разрушения корабля. Было чётко видно, что хвост просто оторван. Люди по-прежнему суетились. Пытаясь восстановить порядок. Небо было пронзительно серым, а море пронзительно голубым. Поводья она крепко держала, ласково погладив кобылу по носу.
- Отведите её в стойло, и закрепите хорошенько. Пусть ей введут успокоительное или снотворное, но аккуратно и немного. – Она передала поводья молодому человеку, сняла с себя жёлтый дождевик, стянув перчатки, на скорую руку сложила, закинув куда-то в угол.
- Миледи, что скажете по поводу… Герцога? – неуверенно и негромко озвучил матрос. Стоя к нему спиной, уперев руки в бока, она смотрела на небо, немного помолчав, ответила.
- Пусть его тело сожгут, и уберут всю кровь. Надо починить стойло и установить там клетку. При потери этого связующего нам в срочном порядке будет нужен новый. Его поиски мои обязанности.
- Хорошо. – Он повернулся, уводя лошадку, поглаживая её по носу, и ласково что-то приговаривая.
- Где капитан? – окликнула его она, обернувшись.
- Он у руля, справляется о координатах, пытается вычислить время, которые мы упустили.
Не говоря более, он ушёл, она осталась. Постояв минуту, она, положив ладонь на рёбра, которые адски болели, сплюнула кровь. Рукав от и так уже порванной белой рубашки, что промокла насквозь, вытерла кровь с губ. Держась за бок, она направилась к рулю, чуть пошатываясь.
Её никто не замечал, а шум в голове не позволил собрать информацию и происходящее во что-то связующее. Она нашла капитана. Окликнула его. Он обернулся, спустившись к ней. Его вид был уставшим и озабоченный. Он пережил большой страх за потерю этого корабля пространства и времени, и за каждое живое существо которое на нём. А уж о последствиях и говорить нечего. Он умирал вместе с теми, кто умер там.
- Ты ранена. – Не говоря не слова, он подошёл, и с силой нажал на рёбра, она всхлипнула, теряя сознание от боли, кровь хлынула изо рта, опустившись на колени, он опустился рядом. Доставая платок из кармана, стал заботливо вытирать кровь с её губ. Всё ещё морщась и приходя в себя, она прохрипела:
- Спасибо. – Боль утихала. Ребра на месте. И таинственным образом была лишь моральная боль. Но физически была полностью в порядке. Она осмотрела его на наличие ран. Растрёпанные волосы смешно торчали из под треуголки, ярко голубые глаза смотрели на неё взволнованно. Но она не главная причина. Гладкое бледное лицо, потрёпанный алый костюм из бархата. Их всех потрепало, им всем досталось и ещё всё впереди.
- Новый связующий.. – тихо проговорила она, с его помощью поднимаясь на руки.
- Его уже доставили. – Она удивленно на него посмотрела. – Всё узнаешь, отправляйся, и займись своей работой. Это необходимо и поможет всем нам.
- Хорошо. – Она направилась в нижнюю палубу, где недавно вспомнила, как убили Герцога, спустившись по ступеням, увидела уже сухой пол, никаких следок крови или сильных разрушений. Матросы занимались клеткой, но связующего видно не было.
- Где он? – спросила она, подходя к новой стойке, заглянув внутрь.
- Это она. Ответил матрос стоя рядом. – Никому не даётся. С когтями. Даже осмотр не дала провести.
- Вы свободны. Дальше я сама. Займитесь обстановкой и по возможности помогите остальным. –Взглядом она была прикована к маленькому пушистому комочку, что сидел в углу, не выходя из большой деревянной коробки. Небольшой, размером со среднюю кошку, сидел детеныш пантеры. Она мысленно пыталась просканировать её, пыталась установить связь с мыслями животного, что бы успокоить и призвать. Она протянула руку, ожидая реакции. Все замерли, засмотревшись.
Негромко мяукнув, через хрип, осторожно, бесшумно, очень медленно котёнок подошёл к ней. Носом коснулся пальцев, облизнувшись, с любопытством обнюхивая её ладонь.
- Рядовой – негромко сказала она, замерев на корточках, стараясь не двигаться и не спугнуть, – доложите капитану о том, что связь прошла успешно, и у нас новый связующий. Здоровый и абсолютно удачный. У него хороший вкус. – Аккуратно она положила ладонь на гриву котёнка, с нежностью запуская пальцы в шерсть. За спиной услышала, как по ступенькам заторопился матрос, докладывать её просьбу. Котёнок уткнулся носом в её живот, с мокрую рубашку, аккуратно, смело, она подняла котёнка на руки.
- Мурка. – С улыбкой сказала она, не без удовольствия стиснув мягкую тушку у себя на мокрой груди. Та уютно утроившись на руках, цепляясь когтями за руку, не без удовольствия развалилась, явно намереваясь уснуть. Держа животное на руках, она вышла на верхнюю палубу, и зажмурилась от яркого солнца. Матрос что был рядом, по близости, молча протянув ей очки, которые девушка обычно носила. Она поблагодарила его, одной рукой нацепила их, и в миг мир превратился в иную, темную, привычную для неё картину во мраке. Облизнув пересохшие губы, она обратила взор на животное, что разлеглось у неё на руках. Улыбнувшись, прошла в комнату, распахнув дверь, не зная, что её ждёт, и была удивлена.
Руки её были пусты. Рубашка, как и прочая одежда сухая. Рядом сидел этот же котёнок. А за спиной определённо кто-то был, но она его не видела. Обернувшись, она увидела пустой не горящий белый коридор. Тут всё было белое. Помещение сильно смахивало на больницу, только нигде не горел свет. Но было не темно из-за света окон в конце коридора по ту и другую сторону. И много закрытых белых дверей. Ничего не понимая. Она постаралась просто осмотреться и понять причину такого выпада. Эти выпады бывают опасны, особенно в штормы. Котёнок, подняв хвост, отважно побежал вперёд, она, сняв оцепенение, побежала за ним. Котёнок влетел в приоткрытую дверь, она, не думая не о чём пошла за ней.
Картина, представившаяся её глазам – сразила с ног. Она не знала, как это место называется. Не желала думать о том, что это реально. Но оцепенела, стоя на месте, с приоткрытым ртом. Не дышала. Хотелось кричать, но не стала. Стены были красные, пахло сырым мясом, чем-то тухлым, и противным, что-то булькало и везде стонало, по комнате стояли тихие стоны. Источник был напротив неё. Повсюду были канаты, от стены до стены, как огромные сосуды, с венами, наполненные кровью. Только в жилах было что-то чёрного цвета. Что именно знать ей не особо хотелось. Она собиралась попятиться назад, но не был сил сделать и шаг. От вен исходили трубки, в которых тоже было что-то чёрное. Трубки были присоединены к телу, которое, не касаясь, пола, было как в коконе этого мяса, погружено посреди стены. Бледная кожа, одни кости, висящий порванный изъеденный чем-то костюм. Практически лысый и голый череп, и глаза. Единственное что так зацепило её, это чёрные блестящие как у насекомого без оболочки глаза чёрного цвета. Открытый рот. Который стонал. Он двигал головой в сторону из стороны, Она не видела зрачков. Но знала, что он смотрит на неё. И она увидела, эту страшную гримасу, он открыл шире рот, обращая глаза к кровавому потолку и начал кричать, и этот крик переходил в шипение и рык, настолько оглушительный, что она, зажав уши, пытаясь собраться с мыслями, выбежала из комнаты, толкнув кровавую дверь. Закрыв её с другой стороны, она сползла по белой стороне. Сидя в оглушительно тишине, с широко распахнутыми глазами, тяжелым сердцем, которое стучало так громко, что отдавало в голове, и открытым ртом. Она увидела свою руку. Когда она открывала дверь с той стороны, видимо испачкалась. Рука была в крови. Она резко её затрясла, пытаясь её стряхнуть, крича, и начиная трястись от истерики, и остановившись, поняла, что кровь исчезла. Словно впитавшись в кожу. Рука как рука. Не более. Словно ничего и не было. Пантера, что забежала и привела её в комнату, бежала с другого конца коридора, забралась к ней на колени. Она же сидя, опустив голову, ничего не видела не чувствовала не понимала.
Это был её дедушка. Человек, который дал жизнь её отцу. Она была то ли в ужасе, то ли просто в шоке. Но понять, что и как это оказалось там, почему такое она не могла. Девушка начала реветь. Слёзы захватили её, и предательски скатились по правой щеке. Она облизала губы, пытаясь придти в себя. Пантера, видя, что на неё не обращают внимания, выпустив когти в бедро девушки, шершавым языком, мурлыча, начала слизывать её слезы.
- Это ты? Скажи, это ты сделала с ним? Что? Как это понять? – хрипло прошептала она, хватая зверя за шкирку, и глядя в глаза. Та, опустив лапы, послушно висела, пристально на неё смотря и пытаясь понять, в чём провинилась. Пантера коротко мяукнула, девушка медленно поднялась, та же за шкирку держа котёнка, устроила его на руках, как и прежде, про себя отметив, что больше она её не отпустит. Надо было выбраться оттуда, и она отчаянно пыталась прокрутить мысль, что надо выбраться. Но ноги, словно приклеились к полу, она боялась открыть очередную дверь, боялась увидеть там очередной кошмар, что бы потом всю жизнь пытаться отгадать тайны, которые знать её не обязательно. Сзади на левое плечо ей положилась крепкая рука, она не обернулась. Лишь скосив глаза, она увидела, что рука это была чёрной, прозрачной, но ощутимой. Ладонь сжала её плечо, словно подбадривая. Она обернулась. Чёрная высокая тень, без лица, в которой что-то постоянно двигалась. Что-то двигалось в этой темноте внутри, много-много всего, какие-то фигуры внутри, только маленькие, словно нитки из которых Тень была соткана вся. Она склонила голову, глядя на неё.
- Это ты. Мне не страшно, нет, всё в порядке. Я в порядке. – Девушка попыталась поверить в то, что сказала. Она не боялась Тени. Она знала, что то, что стоит рядом это часть её самой. Это то, что повиливает ею. И если она ещё жива, то только благодаря ней. Тень, молча, кивнула, подняла руку, медленно, и указательным пальцем направляя на дверь поодаль. Снова кивнула, и, сделав шаг назад, исчезла, упала на пол, бесшумно разбившись. Девушка повернулась, пытаясь собраться с мыслями, она медленно подошла к двери, сжала кошки непроизвольно сильнее, та, сонно свесив лапу, лениво облизалась. Девушка не решалась опустить ручку двери, посмотреть что там. Выход или очередной ужас? Однако, если на это указала Тень, надо этому следовать. Тень никогда не ошибается. Её Душа всегда права. Душа знает, как идти и что делать. Хорошо.
Она доверилась ей и распахнула дверь.
То, что она увидела, её поразило. Насквозь. Так, что из слёз брызнули слёзы, и она не скрывая их. Прикусила до боли губу, прошептав про себя, что так не бывает. Она не верила, не знала, увидит плохое или хорошее. Но это была комната её знакома с самого детства. Она в ней росла. Деревянный стол, стул, кровать по правую руку, окна. Левая стена была обвита плющом, из него распустившись, висели крупные лилии, окна были открыты настежь, словно их не было. Было тепло, и очень спокойно. Однако ухо ласкал щебет птиц, которые сидели на этих лилиях. Под ногами, вместо пола была земля, и корни деревьев которых она не видела. Стоял приглушенный теплый свет, но откуда она не поняла. Это комната была дедушки, который дал жизнь её матери. В момент, когда мать её покинула, она оставила её на воспитание своим родителям. Учить грамоте, искусствам, раскрывать таланты, всё делала дедушка. Эта комната била её всегда. Каждый раз, когда она её видела. И при жизни она плакала, когда покидала её, а после его смерти она сходила с ума. На кровати сидел обладатель этого странного места. Кошка спрыгнула с её рук, и прыгнула на колени к нему.
Синий потрёпанный свитер, сини брюки, босые ноги на земле, безумно белая кожа. Он сидел к ней спиной, полу боком. Но лица не было видно. Волосы аккуратно причёсанны на голове. Он выглядел так, как выглядел всегда, всегда, когда она его помнила. Она молчала. Стояла и плакала. Не шевелясь, она не могла сдвинуться. Что сказать? Что делать? Что происходит?
Заставила себя пошевелиться. Та атмосфера спокойствия, что окружала её, захватила полностью. Она уже не боялась, она успокоилась, но также плакала. Она услышала его голос.
- Малыш, это ты? – дедушка провёл рукой по кошке что, устроившись на его коленях, свернулась клубочком, мурчала.
- Нет, дедушка, это Мурка. Это не Малыш, он умер когда… – она запнулась. Как сказать, что его домашний питомец умер, когда умирал дедушка? И ему не сказали, потому что не хотели добивать.
- Я думал он, он же тоже здесь, он рядом со мной. Он меня встретил. – Он гладил кошку очень поверхностно, своей широкой ладонью, она очень хотела к нему дотронуться, но боялась. Слёзы текли по щекам, и она просто сидела на края кровати и смотрела на его широкую спину в синем вязаном свитере, и большую голову, его затылок. Она не могла понять, почему он не смотрит на неё, почему не рад видеть, почему всё так.
- Как у вас дела? – голос его прозвучал как-то по другому, но так же спокойно, словно они вели беседу за чашкой чая, он так же гладил Мурку.
- Мы… мы в порядке, только нам очень плохо без тебя. Всё не так. Тебя нет. - Не выдержала она, смахнув слёзы, опустила глаза, разглядывая клетчатый плед. Она не понимала, почему сказала это. Просто очень хотелось, что бы он знал, что они скучают. И им правда не хватает его.
- Я тоже очень скучаю. Мне не хватает вас, мне не хватает многого. Но знаешь, не бойся. Тут лучше, чем там. Мне тут очень хорошо и я вижу вас. – Мурка поднялась на его коленях, вытянулась и перебралась на мои руки. Она молчала. Рукавом рубашки, стирая слёзы, пытаясь не разреветься до конца. Он, сложив руки на коленях, тихо проговорил:
- А теперь иди. Тебе пора. Хорошая Мурка, даю добро на Мурку. Береги себя. – Она подняла на него глаза полные слёз, на его спину, и протянула руку, что бы дотронуться и обнять, но неуспела. Он обернулся, она же не успела заметить его лицо, он коснулся пальцами её лба. Она почувствовала обжигающую боль, как разряд электричества, то, как летит в какую-то пропасть, она крепко зажмурила глаза от боли, и, крича, проснулась.
Она резко вскочила на своей постели. Это была её комната. Её бардак. Она сжимала в кулаках шёлковую простынь, на глазах были слёзы.
Девушка тяжело дышала. Рядом отчаянно вибрировал телефон, и на дисплее было светилось «мама». Взял трубку, пальцы второй руки, запустив в волосы, она пыталась понять, что произошло. Звонок оборвался. И буквально через пару минут снова завибрировал телефон, но на этот раз на дисплее светилось «моя женщина».
Алло. Я уже вышла из метро, через 10 минут буду у тебя. Просыпайся. Окей жду.
Обычный разговор. Стараясь не о чём не думать, она резко вскочила, засуетившись, более менее привела комнату в порядок. Приехала её женщина, она открыла ей дверь, приготовила завтрак на двоих, отправилась в душ, оставив любимую наедине с монитором и мультиками.
Сама же очень долго пыталась смыть всё в ванной. Понять, что же это было. Сердце бешено стучало. Словно прошла минута после того, как она проснулась. Она собралась, и немного запоздало, они вышли на улицу, солнце, тепло окутало и начало поглощать. Ей стало противно. Начиная от самого подъезда, стуча каблуками вплоть до метро за беседой со своей девушкой, она курила почти не останавливаясь, сетуя на заканчивающуюся зажигалку. Доехали без приключений, на другом конце города, сев в автобус она начала названивать лучше подруге, что бы та её встретила у подъезда. Она подумала о том, что было бы неплохо для разговора вытащить её на улицу. Но, однако, телефон лучшей подруги молчал, и она про себя отметила, что это странно. Ничего не подозревая, она доехала до подъезда и начала названивать в домофон. Но никто не открыл. Телефон молчал, подъезд не отвечал. Она обзвонила примерно 40 квартир, что бы хотя бы попасть в подъезд, про себя начав паниковать, какой-то молодой человек, видимо из удачной квартиры, куда она не добралась на домофоне, выходя из подъезда, вежливо их пустил. Стуча каблуками, она поднялась на второй этаж, про себя уже конкретно нервничая, начиная перебирать как минимум вариант 63 о том, что могло произойти. Вторая проблема, железная дверь перед тем, как войти в квартиры. Слегка попаниковав, в очередной раз, услышав «извините, абонент недоступен», она начала различными возможностями взламывать дверь. Испортила заколку её девушки, покурив, она начала ковыряться в замке своим когтём. Это металлическая острая вещь могла помочь. Уже вслух перечисляя, что могло случиться, и в частности, что из-за её ошибки, подругу могли убить и всё, и никто не узнает, закрыли дверь обратно. «Ведь она же знала, что мы приедем сейчас, к этому времени, знала, мы будем тут!» Она в панике со всей силы ударила дверь. К её удивлению, услышала, как с той стороны открывается замок. Она увидела маму её лучшей подруги. И задала на тот момент один из наитупеиших вопросов:
- Значит, всё это время вы были дома?
Ей ответили положительно, в тупом ступоре смешном с яростью, и глупостью, волнением и смесью всего этого вошла в квартиру, быстро разделась, и вошла в комнату с намерением убить свою подругу лично. Та, смеясь, повернула инвалидную коляску ей навстречу, выгибая руки, подъехала к ней, отмазываясь с улыбкой, что телефон сел, и она не заметила этого. Что всё хорошо и она, правда, оплошалась. Не называя вслух причин своего такого бурного беспокойства – оно и надо было. Троица этих девиц знала стопроцентную вескую причину, беспокоится друг о друге всегда, особенно за жизни. Она обещала её убить, порывалась добить подругу тяжелым, а её женщина смеялась и в итоге, наступил позитив. Улыбки, дела, обсуждения, разговоры которые им были необходимо. Какое-то соглашение, и наконец, время того, как она уезжала. Дорога обратная до дома казалась ей каким-то адом. День был странным, было много мелочей которые не получались, не складывались, мысли не могли сложить всю мозаику действий, что делать дальше. Её это мучило и изматывало. Обратно она почему-то засыпала. Попросила маму встретить у метро, та вызвалась хоть и с не охотой. Дорога была молчаливой. Зайдя, она переоделась, привела себя немного в порядок, и под ночь уехала. Её не спросили куда. Наверное, её ухода из квартиры даже не заметили. Выглядела она неплохо, выдавали только глаза. Как всегда. По дороге у метро она встретилась со старым другом, но к тому моменту настроение было настолько тошным, что не хотелось даже разговаривать. Она хотела напиться, эта мысль её грела. Приедет в тусовку, сядет где-нибудь, где её не увидят, и будет пить, пить, и ещё раз пить.
Однако отъехав два станции, друг, за счёт которого она обычно хоть как-то исправляла свои финансы, «обрадовал», что деньги на карточке, и снять их возможности нет. Оборвалось несколько важных встреч и дел, при этом её искали и хотели встречи абсолютно левые люди, которые она не знала и которые были ей сейчас не в коем разе под руку. Кучу мелочей, сломившие её за минуты к худшему состоянию души. Выйдя на улицу, она распахнула свой почти пустой кошелёк, про себя отметив, что это последние 100 рублей на неизвестный срок, махнула рукой и купила себе на пол суммы бутылку пива. К её ещё большему разочарованию, оно оказалось тёплым и средней степенью паршивости пойлом, которое вообще продавалось. Однако стало немного легче. Не так сушило, не так давило. В сумерках, начиная делать круг тусовки, в поисках знакомых и просто людей, как назло попалась милиция. Она во время была предупреждена и, развернувшись, пошла обратно к метро, на ходу почти плача. Если её поймают, опека точно позаботится о лишение родительских прав. Потому что на тот момент она нарушала как минимум три закона, и как максимум два соглашения под которыми она находилась. Благо всё обошлось. Милиция уехала, оставив её, пиво и левых странных людей, каждого наедине сомой с собой. Она наконец-то села на холодный бордюр, ловя на себя косые взгляды людей облачённых в плащи, шляпы, которые курили, смеялись, что-то обсуждали, пьяно галдели, выли, и, в общем-то, не радовали в принципе своим внешним видом. По дороге она наслушалась о том, как она «плохо выглядит», слишком цивильно, модно и дорого. Как кинули неосторожно в её адрес о том, что неформалы так выглядеть недолжны. Фыркнув на всех, она залпом начала пить пиво, осознавая и отметив про себя, что оно быстро заканчивается, а с утра кроме пару жареных яиц в желудок больше не упало. Желудок это подтвердил.
Пока же, она пила это пойло, она озвучила свою мысль, близкому другу, с которым она молчала. О том, что, наверное, ей не стоило никуда стремиться, как-то выглядеть, что-то делать и чего-то добивтаься. Она бы осталась как они, но была бы не одна, и всё было бы проще. Цель была одна и та же, а теперь она не видит, куда идти дальше и что делать.
На что он ответил, что быть выше них сложно, а опуститься до их уровня всегда можно. Но нет смысла. И он был прав. Она вздохнула, допила пиво, не прощаясь не с кем, она двинулась в сторону метро, по дорогу уговорив накормить её в фаст-фуде. Он понимал. Он помогал. Он привык. Поэтому, конечно же, почти сразу согласился. При поглощение пищи она оживилась, более менее приобретала краску настроения, и как-то замыслила, задвигалась, однако сев на трамвай, доехав до дома, перешагнув порог квартиры, в которой её не ждали, ей улыбка соскользнула, как призрак с губ.
Они садились ужинать. Не заметив то, как она вошла, не поздоровавшись. Они принимали пищу, которую якобы готовили на всех. Попрекая при этом, если ты просто дотронешься до двери холодильника, или просто швырнув в её адрес чашку. Они смеялись. Она, молча, разделась, вытащила сигареты из кармана, и ушла к себе, заперевшись. В куртке, не раздеваясь и лишь в тапочках, она села в любимо кресло, свесив тело, как кукла, закрыв глаза. О её пальцы кто-то начал тереться и громко мурчать, наполняя комнату разнообразными звуками. Это была её малышка. Она всегда её так звала. Серая маленькая кошка. Только толстая, и очень ленивая. Звали её подобающе – Сарделька. Кошка всегда встречала её, и забегала незаметно в комнату, летя и несясь впереди хозяйки. Взяв её на колени, обняла её, уткнувшись, и разревелась. Всё это было не для неё. Слишком непонятно, тяжело, и что-то абсолютно в огромном количестве. Кошка по привычке начала слизывать слёзы с её щёк. Она рассмеялась, потрепав её по холке, поцеловав в нос, быстро переоделась, и уткнулась по привычке в монитор. Бессмысленно при этом проводя время. Ей хотелось безумно спать, но желание хотя бы умыться, привести себя в какой-то порядок и налить крепкого горячего чая, что бы придти в норму не давала покоя. Она дождалась глубокой ночи, вылезла из комнаты, умылась холодной водой, приходя в себя. Снимая серёжки, она заметила, как с одной из них потерялся серебряный замочек. Расстроившись, что от такого дорогого набора не хватает замочка, утешаясь, что не потеряла хотя бы серёжку, вернулась с пустым чаем. Содержимое пустых холодильников, лишь ещё больше дразнило желудок думать о еде.
Посреди ночи она загорелась написать. Она загорелась написать обо всём, когда только заваривала чай, обжигала пальцы пока несла кружку, кусала губу. Фразы складывались в голове, но сомнения также одолевали «а стоит ли?». Зачем? Ведь это только твоё. Сожги опять внутри. Ляг спать и проснись с утра. Сев в кресло, поставив кружку перед клавиатурой, наслаждаясь ароматом карамели и мяты, глядя на жидкость, она подвела итоги дня. Про себя отметил, что устала, но отчего понять не могла. А потом. Она разнервничалась, начала курить, и приняла решение написать. Описать. Рассказать. Поведать.
Не важно ей то, как она владеет русским языком и то, какими словами она это описывает.
Языки она вообще терпеть не могла, а свой, родной знала с трудом на тройку. Ей было не важно, кто и как это прочитает. Прокомментирует про то, что у неё неправильно сложено то или иное выражение слов, предложений или эмоции. Плевать. Это были ЕЁ эмоции. ЕЁ мысли. ЕЁ часть души. Это был ЕЁ день. ЕЁ кошка, чай, сигареты, дым, пепел, царапины на бёдрах от когтей, которые появились во время того, как она писала это.
Это была её жизнь. Пусть пока она остановилась. Но, наверное, зависнуть, остановиться нам тоже надо. Когда ещё мы это сделаем? Одновременно её раздирает очень многое, и одновременно ничего. Весь мир её держится на противоречиях. И сейчас дописывая это почти к 5 утра, с сонными глазами, с руками которые болят от тяжести 3 часового сплошного печатного текста, она курит и допивает чай. А потом, обняв кошку, которая сидит на коленях, пойдёт спать. И уснёт она очень быстро. Но только на этот раз никаких снов. И кошка как всегда ляжет рядом.
Сейчас она уже успокоилась. Потому что об этом кто-то знает, знает кто-то, кому можно верить. Кто поймёт её. И счастлива она, потому что она одна.

Остановилась, почесав кошку за ухом, которая обняла её лапой, не выпуская когти. Отпустила, и та продолжила умываться перед сном. Мы знаем расписание с ней друг друга. Ждём и любим. Она и её кошка. Вспоминается разговор, как с утра, её любимая рассказывала и помогала ей с выбором нового животного в виде собаки и советовала в виде кошки. Однако она пыталась ей описать лишь одно – ей не важна порода, степень ума, цвет, и состояние. Главное, что это её кошка. Она самая лучшая. Потому что она ждёт её, и в три часа ночи и в 5 утра и просто с работы. Она всегда её встречает, а после не отходит не на шаг, и летит к двери её комнаты впереди неё. Хотя в распоряжение кошки целая квартира. И каждую ночь она спит с ней рядом, в обнимку, мурлыча и уткнувшись мокрым носом в щёку.
Ещё никто никогда не любил её преданней кошки. Ещё никогда это не был так взаимно.
Это был её день. Больной по-своему, но для кого-то может слишком банальный и скучный. Тогда мы просто разные. А жаль.
Значит так надо.
Её день закончился. Сигареты потухли, кошка перестала умываться и ждёт сна. А она пришла к тому состоянию, когда ляжет и сразу улетит в мир грёз.
Спокойной ей ночи. Пусть следующий день будет лучше этого.
Всё тело ломало, болело. Устроившись на животе, запустив пальцы в теплый комок, она крепко уснула.
День встретит её ненавистным солнцем. Людьми. И многое то, что ненавидело её. Но сказку тоже надо закончить. Поэтому она грезила о том, что её встретит мир, который она так любила.

@музыка: Gotye - Heart's A Mess

@настроение: Сонное

@темы: Рассказы, Главы Жизни

21:37 

Love/

Я - пустое место. Но из пустого места всегда получается что-то великое. (с) Ди.
Любовь? Когда ты не зная, переступаешь грань страха, ожидая и продумывая что последствия будут ужасны и просто невыносимы, но знаешь что когда ты будешь с ним, всё будет хорошо и ты всё решишь, ведь у него такая твёрдая рука...Когда не помня ничего, ни боли, ты помнишь как он приготовил чай, такой как любишь, но он приготовил не так, а как нравится ему и как приятно радует что вкусы совпадают. Любовь...это когда ты помнишь, как он уверенно двигался, говорил. Когда воспоминания постоянны, и ты не можешь их никуда деть, и они снова и снова в голове...и ты видишь его фигуру над собой, его губы, слышишь его дыхание, видишь его глаза, знаешь ритм его сердца - видишь его жизнь. Когда ты скучаешь, нуждаешься в нём, когда плохо и думаешь что да.. счас он будет рядом просто возьмёт за руку и всё будет хорошо. Наверное... когда в первую встречу он ведёт себя не как все, когда он любуется тобой, говорит как ты прекрасна и отвечает на чувства в порыве страсти вновь и вновь нависая над тобой. Любовь? Ничего. Когда в голосе стоит такое счастье, что оглушает, и не даёт спать, есть. Когда ты идёшь - улыбаешься просто так. Когда волнуешься, перед каждой встречей, что в тебе что-то не так. Когда до потери пульса целуешься мечтая чтоб этот миг длился вечно, часами стоя на одном и том же месте. Или наверное... когда после долгой разлуки ты бросаешься в объятия и до боли со злыми слезами, что предательски выдают как ты скучаешь, обнимаешь. И ты видишь - он тоже скучал. не можешь без голоса, обожаешь глаза, с нетерпением ждёшь, звонишь. Любовь... когда ты злишься потом, кричишь, когда слёзы разрывают тебе душу, когда тишина от него с каждым днём убивает тебя сильнее, а воспоминания становятся отчётливее и больнее. Когда видишь что теряешь его, но ничего не можешь сделать. Когда идёшь на компромиссы и ничего не получается. Любовь... Когда тебе впервые отдают что-то взамен, забирая самое ценное - душу. Когда он делает больно, и ты в шоке от того, КАК он это делает. Но всё же было? Любовь... это когда вначале ты взбираешься вместе на гору, достигаешься вершины, а вниз катишься одна..Или один? По крутому склону. Когда мечтаешь о Смерти и сходишь с ума, закрывая глаза. Ведь ты опять видишь его, слышишь его дыхание, чувствуешь его тепло, хотя он так далеко. И ты в голове прокручиваешь сама того не хотя каждую встречу, каждую мелочь. Улыбки, смех, его нежность, страсть, наслаждение. Да. Тебе больно и умираешь, ты морально разлагаешься от любви, рассыпаешься на ходу. Когда ты - пустое место, пустой сосуд, пластилин. А потом - пустота, беспокойство, сплошное тупое выживание. Любовь? Мы все переживаем её не раз, но истина приходит лишь однажды. И самое обидное - ты знал что всё так будет, и ты допустил себе самую дорогую роскошь - Любовь. Говорят, ужасно, когда человек продаёт душу Дьяволу, но мы продаём её, не замечая, когда любим. Банальное, то что я одно из самых важных событий жизни, верней первых и быть может последних, описываю на электоронных строках, на которым многим наплевать, не поймут, или просто не прочтут.

@настроение: Это было написано давно. Но остается выражая меня до сих пор.

@темы: Главы Жизни, Рассказы

13:09 

Это же мы.

Я - пустое место. Но из пустого места всегда получается что-то великое. (с) Ди.
Моя:
Целоваться полезно: снимает стресс, улучшает

настроение и препятствует появлению морщин

Я:
)))))
Моя:
Это по радио сказали
Типа более 40 мышц работает
Я:
><
слушай не забивай мне голову
лишней информацией, я и так люблю с тобой целоваться
Моя: Она не лишняя!!!
Она полезная
И развивает кругозор
Вот так идешь по улице, кто то целуется, а ты оп! И
выдаешь им информацию
И все такие в шооооокееее
Что ты такая умная и просвятила их
Я: когда я иду по улице и вижу
что кто то целуется первое что я говорю это то что там слюни микробы и спид
Моя:
Твори добро! Ешь бабочек!
Я:
я творю. Я сказала им чистую
правду.)

@темы: Главы Жизни, Порывы

04:57 

Эхо сомнения.

Я - пустое место. Но из пустого места всегда получается что-то великое. (с) Ди.
Ты просыпаешься в постели одна. Смотришь пустыми глазами в потолок, куришь, включаешься под музыку. Садясь на кровати, проклиная всё на свете от каждого первого движения сонного организма, хрустящего позвоночника и противного голода. Ты выдыхаешь дым от сигарет, словно вешая фон. Чтобы обои не поняли, что вздох был от боли. Чтобы выдох не обозначал муку. Ты проживаешь свой день, ненавидя этот мир и проклиная этих людей. Но иногда позволяешь себе слабость полюбить их. Что бы потом пожалеть. Опять. Если вы хотите кофе в постель, надо встать, одеться, сварить, а потом раздеться и выпить. Что бы избавиться от соседей, что пьют у тебя под окнами – не вызывай милицию, вылей таз холодной воды. Никто не будет за тебя бороться. За тебя поборолись один раз – когда ты рождался.
Когда ты видишь дым сигарет, на белом полке, из этого дыма можно нарисовать что угодно.
Я рисую ночь. И то, как мужчина встанет, на цыпочках слезая с кровати, боясь тебя разбудить. Подходит босиком к окну. Смотрит на шумящих соседей и крикнет при этом на всю улицу, что они уроды, а не люди. Потом так же на цыпочках, проверив при этом, спишь ты или нет, ляжет аккуратно рядом, положив свою руку на живот. И всё. Больше ничего не надо. И мира нет. Когда ты чувствуешь это тепло, покой, и борьбу за тебя. За твой покой. За твой сон.
Наверное, понять людей, которые видят ошибки других и своих, осознают их, но не исправляют, а только говорят, и возмущаются – невозможно. А жаль.
Или то, когда люди обвиняют друг друга в том, что они сами всецело виноваты в том или ином прибытие какого-либо состояния. Но так не бывает. В основном в нашем мире действуют законы, которые никак не влияют на то что, что происходит с самим человеком. Две силы, которыми движут сейчас мир – это болезнь и страх. Жаль.
Надежды тут нет, совсем нет. Полное безнравственность, бесчувственность. И отсутствие натуральности во всех проявлениях. Мне кажется, что даже диктатор уже не исправит «баранизм».
Надо быть Богом, что бы бороться с людской глупостью и непониманием. Но даже Бог здесь уже не поможет, просто потому, что Он бы уже это сделал, и тогда Его точно можно было бы назвать Всесильным.
Это просто. Быть никем, жить никак, не чувствовать, быть стеклом. Холодной, необтёсанной фигурой из мутного стекла. С опущенной головой, руками, и чистым взглядом. Здесь невозможно быть спокойным. Только если стать как все. Но стать всеми тоже невозможно.
Обычно я борюсь за кого-то, за чьи-то жизни. За себя. В основном за себя. Понятия размыты.
Курт был прав. Этот мир лишён смысла, и тот, кто осознал это, обретает свободу.
Она у меня есть. Я поставила себе дальше слово – «ПОКОЙ».
Это слишком высокая планка для этой планеты.
Поэтому единственное занятие на всё время – это слово «ЖИЗНЬ».

@темы: Главы Жизни, Порывы

22:34 

7 сентября 2011 год

Я - пустое место. Но из пустого места всегда получается что-то великое. (с) Ди.
Она опустилась до такого состояния, когда сама того не понимая, является социопатам, или самым эмоциональным существам, каждой клеточкой ощущаю что её окружает. Соприкаясь с этим абсолютно ненароком.
Она непроизвольно стала свидетелем своей собственной жизнью, следя со стороны и глядя на себя, и одновременно самостоятельно принимая решия, как никогда-либо. Так вышло, что она не понимая ничего, осознавала практически всё. По крайней-мере всё что, её как минимум окружало. непроизвольно она начала слышать и видить, но только не так как видят и слышат все, а просто сильно. Не побоюсь этого слова "гармония".
О модернизации её состоянию можно подобрать много описаний. Эпитетов, метафор. Но не одного объяснение. Не одной причины прояление того, что её окружает. Симбиоз чувств, которые окружают её, и только её.
Точно так же, как нереально описать всеми возможными эпититами Ваше состояние, симбиоз тех клетов, и функций, фрикции которые на данный этап сводят Вас с ума.
В общем, проще. Очередное сумасшествие, без выражение определения, и никакого проявления адекватности реакций на окружающую среду.
Слова, которые облегчают выражение собственной души. Ничего более, однако силу своего выражения и состояния они не смогут взять и ослабить на много или насовсем. Только на чуть-чуть.
Иначе совсем разлениться.
А ей нельзя лениться. Совсем.
Нельзя же быть во всём таким же как и все. Например в пороках точно нельзя.
А то станешь одни целым того, что не надо.
Ну и Бог с ним.
Верней с ним Сатана, с пороками.
А Бог с нами.
Или не с Нами.
Но мы-то есть...

@темы: Главы Жизни

22:39 

Я - пустое место. Но из пустого места всегда получается что-то великое. (с) Ди.
Мда, если говно в жизни в юности человека считается максимолизмом, только что бы отмазаться... То мне искренни жаль этот мир, который никто не попробует понять детей, встав на их место. Интересно, как потом это будет называться? в 20? 40? Старость, кризис среднего возраста...
Тупые отмазки...Мне не нужно доказывать, что у меня что-то плохое в жизни твориться. Если кому-то надо - тот и будет участвовать. И поймёт меня ровно настолько, насколько надо. Мне надоели люди, которые говорят мне о том, что я вру о своей собственной жизни. Как минимум глупо - как максимум абсурдно. Я просто ничего не скрываю. Мне всё равно. Ещё меня раздражает, что все кидают с криками "борись". Жаль что в мозгах окружения не разу не промелькнуло такое "иногда можно просто остановиться, потому что так надо". Я не леплю себя, потому что не люблю себя. Меня лепит окружение. Я как зеркало. И если Вам не нравится - это не мои проблемы.Не надо удивляться что я злая. Когда вокруг сплошное непонимание ничего другого не предполагается.Пусть меня называют слабой, это делает меня только сильнее.Кого-то дома встречает мама. Кого-то - любимые. Кого-то тепло. А меня дохлый кот. Люблю этот охуенный мир. Чтоб он покатился на хер с этой долбанной вселенной, с её проклятой логикой.

@темы: Главы Жизни

09:05 

Революция радужных зебр.

Я - пустое место. Но из пустого места всегда получается что-то великое. (с) Ди.
Переключила Shift-Alt, как всегда, глотнула кофе. Глаза закрываются. 7.30 утра. Я не знаю, о чём конкретно хочу написать, просто знаю, что надо и хочется. И не важно , что руки почти не двигаются от усталости или просто не хотят . Чихнула. Раз. Второй. Я болею если что. Кажется, простуда. На прошлой неделе одноклассница позвала меня в кино. Ночь кино с Джонни Деппом. Выходной, ночь, почему бы и нет? Я взяла билеты на себя и любимого, и думала, что отлично проведу время в обществе людей, которые мне близки и дороги. Господи, как я люблю ошибаться. Наверное, это и есть мой удел – качественно ошибаться. Я не выспалась. Проспала всю субботу, до 4 вечера, но я не выспалась. Потому что болеть это ужасно. Не важно, чем и когда. Ты всегда болеешь противно и не во время. Я хотела поехать в платье, быть женственной, красивой что ли… Помучаться, на каблуках. Всё складывалось отлично – по планам, я не болевшая, он на рыбалку после кино, одноклассница счастливая, с лучшей подругой. Тем более-после недели трудной учёбы, где карты все рушатся, планы тоже в клубке запутанных ниток крепкого покроя. Но мне мечтать нельзя. Планов строить тоже. Приехала я туда абсолютно разбитая. В джинсах, в белой блузке с оборванными рукавами, фиолетовым шарфом, рыжими неуложенными волосами, подведённые глаза, кеды, потёртая полупустая торба. Денег на то, что бы просто купить воды в кино не было. Но нелогично было сидеть всю ночь и ничего не есть. Пришлось тратить деньги, которые я должна. Других всё равно у меня нет. Да и лес с ними, это бумажки. Я не работаю. Не могу и не хочу. Недавно в жизни я приняла решение остановиться и подумать. Как минимум – всё разрушить старое, как максимум – постараться просто всё изменить и в первую очередь себя. Я закурю, вы же не против? Горло почти не болит, так что мне немного легче писать за две минуты то, что в мыслях, ибо мыслей в принципе как таковых нет. Затянулась. С таким наслаждением я прикурила…Но это предыстория.
Всё началось наперекосяк с самого начала. Ну, то есть с утра. Приехала я, туда молча, по дороге меня более менее встрясла одноклассница по статусу – близкий друг. Хотя бы немного подняла настроением тем, что у неё – был один из лучших дней в её тоже не сладкой жизни. Что-что а радоваться, когда кому-то хорошо, я, к сожалению умею. А потом было кино, ром-кола, сплошная усталость, мысли под впечатлением нового фильма, перерыв-перекур. Приятный осадок после второго фильма. Перекур – и уже тогда полное осознание, что через полтора часа он уедет, утро проведётся без романтики – в объятиях любимого. Да и вообще, это как-то комично – у меня нет денег, пустой холодильник, дома меня никто не видел и не слышал ближайшие три дня и ночи, и телефон не звонит… Последняя пачка сигарет – я оторвусь на ней, описывая всё это. Пожалуй, шиковать так с роскошью. Все осознание пришло как всегда в одиночестве. Мысли о письме и желание что-либо накатать (редкость) – в свободе движения. Всю ночь я мучилась, что потеряла зажигалку. Но пока я шла до метро у меня была одноклассница, которая исправляла это положение. Он ушёл, когда начался третий и последний по совместительству фильм. Остаток своих негативных эмоций, борьбы со сном, болезненной слабостью я отыгрывала на позиции закинув ногу на соседнее пустое кресло, полубоком, глядя в экран на Джони Деппа в 1660 году, который заболел сифилисом и в последствие, умерев от всего, что только можно. Выйдя же на своей станции, я была уже полным мясом. Да, господа, мясо. Настроение стало хуже, чем вечером раньше. Мыслей не было вообще никаких, и ничего кроме плеера, и тепло метро меня не грело. Вышла на улицу, достала сигарету, но зажигалки нет. Рядом палатка с шаурмой, стоят молодые бритые люди. Ты деликатно просишь огонька, в ушах на всю при этом орёт попса, да и выглядишь ты тоже не очень. Отказ. Стоишь на остановке. Темно. Приехав в кино, тоже было сумеречно, словно вечная ночь… Трамвая нет. Огня нет. С сигаретой в зубах, в истерическом смехе, хлопнув руками себя по бедрам, я неожиданно громко для всех восклицаю «молиться мне тоже не кому, если все резко бросили курить, то ничего не остаётся кроме смерти от рук маньяка?» и продолжаю пересекать абсолютно пустой тротуар. Пару человек навстречу в парке, но они тоже почему-то не курят. Руки озябли, замёрзло всё то, что торчало на воздухе. Глотать стало больно. И вот, очередная компания, и очередная попытка пристать. Наверное, со стороны я выглядела очень странной, потому что с испугу девушка не могла найти зажигалку минуты 2 примерно. А я стояла и под плеер что-то бормотала. Уже проговаривала черновик этого текста. Меня разрывали и продолжают добивать наполненность пустоты и звучания тихой мысли вслух. Далее, за оставшуюся половину пути пустого, тёмного парка, прикуривала я уже от предыдущий сигареты, закутывалась в капюшон. Касаясь ледяными пальцами сухих губ, затягиваясь. Дойдя до прудов, неторопливо, руки сунув в карман, меня не было видно за стеной дыма от сигареты и холодного пара изо рта. Отблеск от фонарей ложились на чёрные кеды, и, глядя на плавающий ресторан посреди пруда, в голове обосновательно свило гнездо лишь одно решение. Ничего, кроме тех камней что под ногами, той воды что плавает в грязном пруду. Того ресторана, где травятся люди. Осени, что падала под ноги шумным ковром. Ничего, кроме ночного неба, холода звёзд, царапающего дыма горла, слёз от дыма сигарет, размазанной подводкой, длинными, криво наманикюренными ногтями по холодной коже лица. Ничего более никогда не будет настолько близко, когда тебе плохо и ты одна. Ни один человек, который тебя любит, и не будет провожать тебя в 7 утра от кино до квартиры, где кроме кошек и крыс тебя никто не ждёт. Ни друзья, с которыми ты улыбаешься, ни алкоголь, с которым ты плачешь. Ни одно живое существо, физически или морально не заполнит тебя, когда ты одна. Я шла по пустой дороге, начала пересекать перекрёсток, делая последние шаги к дому, не обращая внимания ни на что, с равнодушием в каждом эгоистичном движение, в капюшоне, ничего не видя, куря и руками в кармах. Блестя кедами, я шла по лужам, и не обращала внимания на промокшие ноги. Меня чуть не сбила машина. Приоткрылось окно, и какой-то узбек начал что-то лепетать. Я послала его к чёрту. На удивление, он, закрыв окно, поехал дальше. Наверное, искать Чёрта. Дальше, под дороге я шла абсолютно одна. Мокрый асфальт, 4 полосы. Я шла там, где движение было инерциональным со мной. Но мне было всё равно – собьют меня или нет. По крайне мере, это будет в спину и я не увижу кто и что. Свернув направо, я уже шла навстречу движению, курила. Шла ровно по дороге, меня осветило яркими фарами, зажмурившись, я отошла к тротуару. Это была единственная машина, что ехала по той дороге, и как на зло – уазик полиции. Забавно. Они бибикнули, остановились, я пошла дальше, они снова бибикнули. Я развернулась, показала фак длинным фиолетовым ногтём, в такой же ярко-фиолетовой перчатке, и пошла дальше. Фары удалялись, за мной не гнались. За время, пройденное от испуганной девушки до квартиры я не встретила не одного человека. Наверное, маньяки интуитивно тоже чувствуют меня. Хотя, в такое время они работают или спят. Подходя к дому, за мной как обычно, начали гаснуть фонари. Приблизившись к подъезду, я докуривала 10 сигарету, взглянула на мёртвые окна своей квартиры. Единственное решение, которое я приняла, остановившись в жизни, обдумав его со всех сторон, когда остановилась, единственное к чему я пришла – это в очередной раз быть одной. Эгоистично поступив не только к себе, но и к людям. Ведь ничего, не сопровождает тебя, когда ты наполнен пустой, кроме одного положительного уюта – это Свобода. Каждый раз, в разных абсолютно ситуациях, уровней мышления, времени, я прихожу только к одному – это то, что я никогда не променяю Свободу. На любовь, которая не греет, на секс, который не доставляет удовольствия, на мысли, которых нет и они со временем становятся лишь короче. На настроения, которое создаётся кем-то, но тебе это не заменяет хорошим. На дружбу, которая редко, но метко иногда попадается в твоём жизненном пути. Мне было так плохо, что идя по пустой дороге, я вспомнила момент, когда я стояла перед кабинкой белого цвета, ожидая своей очереди в розовых стенах женского туалета кинотеатра. Только с одной мыслью – в плеере, взяв за шкирку его, подальше в темный угол, и до изнеможения заниматься с ним любовью. Что бы потом, в перерыве, покурить, идти смотреть фильмы с Джони Деппом, со сладким попкорном, последних рядов, коко-колой, и хотя бы каким-то удовлетворениям прихоти. Забавно. Я улыбнулась. Что тогда, что сейчас. Но сейчас, я, пожалуй, снова закурю, сделав перерыв этого бесконечного текста, который я неотрывно строчу вот уже ровно 34 минуты. Болят запястья, от сгиба клавиатуры, пальцы, от стуканья по клавишам, насморк, который идёт просто так, по прихоти моей болезни. И курения. Каприза моих лёгких, и исполнения моих мечтаний. Ведь каждая сигарета для меня миллионы картин. В дыму я рисую всё то, что мне хочется. Мечтаю.. нет. Я просто не ухожу из своего мира, и пытаюсь жить миром реальности. Но, есть ещё одно. Решение, которое я приняла сейчас, в 16 лет, почти в 17 (как же быстро с каждым годом летит время). Я больше не хочу одевать каблуки, платья, шубы, шляпы, юбки… Сумки, перчатки, украшения и косметику. Потому что, прочитав всё этого, вы не поймёте не единого слова. Потому что никогда не встанете на моё место. Вы посчитаете это эгоизмом, самовлюблённостью, максимализмом. Вы обзовёте это как угодно, критикуя и брызжа слюной, доказывать свою правоту. Мне всё равно. Это – моя правда. Есть те, кто примут её. Есть те – кто нет. Проклятие то, что я девушка, и быть уже такой не хочу. Я вообще не хочу никем быть. Так уж вышло. Мне нравится ПРОСТО БЫТЬ. Собой. Я устала наряжаться для вас, что бы видели только обложку – хорошую, или плохую. Всё равно вас волнует только то – что я противоположной пол. Так вот. С этого момента этого не будет. У меня по прежнему женская логика, грудь, которую к сожалению уже не утянешь , длинные ногти и яркий лак с помадой в тон, который останется навсегда. Но теперь в силу вступают бесформенные майки, джинсы, тепло штанов и ровной обуви. Стабильности крепкого алкоголя по душе и настроению, мата во всей его привилегии – что бы я не сказала, вы все равно не поймёте и услышите своё. Как бы я не говорила. Идя вдоль осени деревьев, которая падала меня, кружа в вальсе, я шла когда-то по такой же осени и с мечом за спиной, и на каблуках в платье и шубе гламурности блеска, так и настолько чёрной, что ко мне боялись подойти. Сейчас я просто мясо, для вас – кто угодно, какая угодно, мне всё равно. Правда. Просто с каждым выбросом эмоций их всё меньше. Свыкнитесь, что доверяю я только своей кошке, курить буду всегда, трахаться люблю снизу, ребёнком останусь навсегда. Потому что с каждым годом я стану меньше думать, потому что я уже не думаю. Разучилась. Потому что я ходячий склад книг, которые читать не перестану, но жить ими я буду, только в своём мире. Буду по-прежнему носить единственный розовый атрибут своей одежды – носки с серыми котятами. Любить плюшевые игрушки, и эгоистично ненавидеть людей. Я никогда не придумаю ничего нового, но я неплохо справляюсь, когда пользуюсь перемешивая того, что меня окружает. Да. Пожалуй, это всё. Сейчас я пойду допивать кофе, докуривать пачку под музыку, и, в общем картина в одном предложение.
У меня завал в учёбе, нет денег, нет работы, пустой холодильник. И да, я сирота. НЕ спрашивайте почему – потому что. Батя умер, а о матери я ничего не знаю. Ммм… в личной жизни я вполне счастлива – просто другого, как он точно не найти. И самое катастрофичное, не то что я буду продолжать голодать ближайшие дни, а то что кончились сигареты и я не выйду на улицу, потому что точно свалюсь по болезни.
Я по-прежнему люблю одну единственную женщину в своей жизни. Но появился мужчина, которого потерять я себе не позволю. А если потеряю, то только потому, что он уйдёт сам по какой-то ну оооочень веской причине. Изменять ему у меня просто, простите за комичность, не встаёт. Я по-прежнему верю, что слоны гуляют по улицам, верю в домовых, разговариваю со стенами и слушаю джаз. Ещё я такая же честная и очень прямая.
На этой странной ноте я закончу. Прочитают те, кто прочитают. Оценят те, кто оценят. Останутся те, кто захочет. Но помните, что в вашей критики я не нуждаюсь – критикуя, на мои электронные строчки, протирать монитор от вашей слюны и дерьма в мой адрес будете вы сами.
Я люблю вас. Терпеть не могу. И не стану.
Всем спасибо за внимание, все свободны.
Не ваша Я – Ди.
23 октября 2011 год.

P/s даже когда я стану старше, и переживу ещё очень много всего, я никогда не буду смеяться над своим прошлым. Забудьте вы эту дурь… Над больным не смеются, не потому что болит, а потому что я не помню.

Будет хуже.

Вот как-то так, котятки.

@темы: Главы Жизни, Порывы, Рассказы

09:19 

Я стираю тебя, ластиком с нарисованным слоником.

Я - пустое место. Но из пустого места всегда получается что-то великое. (с) Ди.
Я ненавижу тебя. Просто помни об этом. И ничего кроме ненависти к тебе у меня нет. Чистая, со вкусом злости. Течёт по моим пальцам, в медицинские сосуды. В ответ на всё, что ты оставил. Я скомкаю это для тебя в снежки чёрной грязи, я буду бросать это в тебя с криками и злыми слезами. И пусть тебе будут больно. Что бы касаясь это были камни, а не снег. Что бы ничего кроме боли ты больше не помнил. Ничего кроме зла, не ждал. Потому что люди как люди. И ты как все. Ничего не изменно. Пропади...Завтракай по утром со вкусом зла и горести, кури сигареты солёные. И когда-нибудь ты будешь сидеть в своей жизни и читать очередную книгу, когда тебе будет много лет. А там рядом с тобой будет Она. И будет готовить тебе утренний кофе. И тогда ты вспомнишь, как каждое утром пил это кофе в моей комнате, душной от дыма, смешанным с запахом счастья и ночных стонов. Тёплых объятий со спины, что ты так не любил. Ничего не будет. И ты не увидишь на расстояние, как я неуклюже, в твоей рубашке, залезаю почти каждое утро на подоконник, что бы помахать тебе, или улыбнуться. Помни о том, что был кто-то, кто был тебе предан, и что больше такого не будет. Ты захочешь вспомнить и ничего кроме боли, которая душит, тобой не овладеет. Лишь потому что я отрезаю всё это. Выкидываю. Так же тяжело в первое время, как твой крест на моей груди. Но сейчас это гордость. Как трофей. Я научилась без тебя, в изращённой форме счастье. Потому что не было толком бытия, где не испорчены грани... Ничего кроме омерзения, такой же липкой гадости, которой ты поливал за спиной. Пусть останется пустота, как в чёрном пакете, с моими вещами. Я стираю тебя, ластиком с нарисованным слоником.

@темы: Главы Жизни, Рассказы

03:48 

Крючки.

Я - пустое место. Но из пустого места всегда получается что-то великое. (с) Ди.
Вас когда-нибудь преследовало, что-либо, от чего вы не могли даже заснуть? Конечно. Вы же такой же человек. Как и у всех – желание у каждого разное. У кого-то одно и на жизнь. А у кого-то – множество желаний и искушений на бесконечность. Её багаж желаний складывается в воспоминания, яркости желания, которое она консервирует, а потом выпускает на волю. Как шпротов из банки. Её основа. Химический состав крови, пигмент кожи, запах как и любой женщины – страсть, нежность и конечно же ненависть. Только женщина может любить одного. спать со вторым, и встречаться с третьим. Каждого любить, каждому принадлежать, каждого ревновать или за что-то ненавидеть. Мужчинам такое удаётся очень редко. И всегда у каждой представительницы женского пола будет что-то незабываемое с каждым. Это не уйдёт никогда. Будет складываться в отдельную банку, и при этом никогда не перемешается и будет под рукой. Одна деталь, которая будет связывать с каждым мужчинам. Конечно, может всем виднее, но всё же, такое есть. У каждого человека есть крючки, благодаря которым соткан сам человек. Её крючки – эмоции, чувства, безрассудство. Любовь к каждому и ненависть ко всему.

1 крючок.
Где-то сбоку, внизу, стоит лампа, освящая неярко комнату. Открыта форточка. Ничего кроме трещащей сигареты от каждого вздоха, их голосов, дыхания и тишины. Ничего кроме слов.
Как это бывает из неоткуда. Она сидела на мягком малинового цвета пуфике, перед кроватью, закинув ногу на ногу, в красной клетчатой рубашке, держа сигарету длинными ногтями с облезающим бордовым лаком. Волосы нежно-морского цвета были неряшливо собраны заколкой на затылке. Смотрела в стену перед собой, проматывая в голове какие-то свои картины. Он смотрел на неё, сидя по-турецки на кровати. Закутавшись в одеяло, без рубашки. Слушал.
- Я ненавижу этих спиногрызов. Нет, серьёзно. Я их терпеть не могу. – она скосила на него глаза. – Ты представляешь, как повезло этим мелким ублюдкам? Они же ничего не делают в этой жизни. Только спят и едят. Им больше ничего не надо. Всё остальное сделают за них, и они ничего при этом не понимают. Не осознают, насколько этим мелким гадам повезло. – Он засмеялся опустив голову вниз. Волна светлых волос закрыла его лицо. Обиженным тоном она продолжила:
- Чего ты смеёшься? – не удержавшись, она тоже иронично засмеялась, скинув пепел. – Им не надо проживать эту жизнь, делать выбор, и что-то делать. Куда-то идти каждый день. Я каждый день думаю о том что будет завтра и не могу остановиться. – Она потушила окурок, достала очередную сигарету, прикурив, она продолжила – я помню, как мне Маргарита сказала «Остановись. Приди домой, остановись, отдохни. Расслабься. Пусть жизнь сделает всё за тебя». Я попыталась сказать ей, что ничего так просто не бывает. Что если я остановлюсь, то я просто подохну. Она, как и все, не слушала.
Он молчал, по привычке склонив голову на бок, слушая её.
Хмыкнула, делая глубокие затяжки, покачивая босой ногой.
- Стариков я тоже ненавижу. Терпеть не могу этих напыщенных моржов. Лысые, без волос, беззубые. Страшные неблагодарные ублюдки. Тоже сидят на шее государства, и постоянно брюзжат слюной, что им что-то не нравится. Хотя эти лысые моржи переживали те же чувства, что и мы. И что им не нравится? Звери.
Он засмеялся, она, поддавшись эмоциям, тоже хихикнула. Рассуждая вслух, она в бесконечный раз закурила, ногтями впиваясь в фильтр сигарет и туша их на трупах пепельных собратьев переполненной пепельницы.
- Почему нельзя родиться, побыть ублюдошным спиногрызым, и сразу стать стариком? Не живя жизнь, промежуток длинною с расстояние глаз касатки. По бокам. По одному. И между -пространство, где ничего не видно и нет. – он захохотал во весь голос. – и чего смешного? – в её тоне слышались нотки обиды.
- Я просто себе это представил. Глаза касатки с расстоянием между - километр. – заправляя белый локон, он потянулся к столу, взять свои сигареты. Щелкая кремнем зиппы, прикуривая, с улыбкой.
- Ничего не хочу. – хмурясь продолжила она- не хочу ничего отмечать. Ненавижу праздники. Не хочу ничего некому дарить. Ненавижу когда что-то дарят мне и достают тупыми мелочами, которые мне не нужны. Тратят моё время и деньги. Я бы с удовольствием забилась бы в угол и поспала. Не хочу никуда ехать. И не хочу быть с Пашей. – краем глаза она заметила его удивление, затягиваясь, с глубоким выдохом тихо проговорила – такому интеллигенту как он, нужна не такая как я. Либо он начнёт меня менять, либо я начну сама меняться. Он хочет меня забрать. Может быть выйдет что-то из этого стоящее, только боюсь, один раз увидев меня его родители не оценят.
Он засмеялся. Она хмыкнула, потягиваясь, разминая затёкшие конечности, прикусывая фильтр сигареты, затягиваясь.
- Я же не всегда такая интеллигентная и сложносочетаемая, как я с ним. Нужна ли я буду со своими заморочками и занудством, насквозь больная потом кому-либо там, в городе. Где у меня никого нет?
- Мне кажется… - задумчиво проговорил он, стряхивая пепел. Она скосила на него взгляд, вслушиваясь. – что тебе никуда не надо ехать, как минимум пока ты не закончишь школу и тебе не исполниться 18. Ты же не сможешь в любом случае там находится долго без каких-либо документов. И потом, если ты уже поставила цели с этой школой, то надо их сделать.
- По сути это не так важно.Ты же знаешь что мне всё равно на всё, и я могу спокойно на всё забить. Потому что у меня ничего нет. И если что и терять – то я возьму торбу с основными примитивными вещами, но к сожалению. Уйдя на улицу я выживу.
- Это не так. Если бы ты не хотела поставить и выполнить эти цели, ты бы не ставила их. И потом, не гадай, пусть сложится так, как сложится.
- Не только я виновата. Что со своим образом жизни я не тяну какую-то глупую вечёрку, и не могу быть идеальной. Нормальной.
- Это да… Не драматизируй всё же. Вообще! – перегнувшись через низкие перила кровати он, обняв её за талию и потянул к себе. – Хватит депрессовать, ложись спать.
- Хочу сама! – запротестовала она, мягко выпутываясь из объятий. Он выпустил её, она перелезла на кровать, зарылась в одеяло. Пробурчав – холодно. С тебя – окно, занавеска, и свет, – она ехидно улыбнулась.
- Ленивка.
Они многое успели обсудить. Собрать разные крючки. Но в конце концов сон поглотил их, делая их людей свой собственный шерстяной свитер.

2 крючок.
Ночь. На пол ползёт холодный промозглый воздух, поглощая то тепло, что было наколдовано лампами и батареей. Она сидела на полу, прислонившись спиной к деревянному шкафу, в широких джинсах, вязаных белых носках, мужской свободной рубашки в синюю клетку. Уткнувшись в ладони, она горько плакала, окруженная многочисленными пакетом из магазинов. Не разобранные вещи занимали определённое место в комнате, привлекая отблеском лунного света на глянцевых поверхностях. Рядом, на ковре стояла пепельница, лежала пачка сигарет наполовину пустая, зажигалка. Телефон, медленно тлеющая сигарета, в пепельницы создавая дымовую занавесу, создавая образы для просторы фантазии слёз. Музыка, доносящаяся из плеера. Представление – обычный катарсис. По сути ничего серьёзного… Только не для неё. Она не смогла в очередной раз справиться с каким-то нахлынувшим эмоциональным порывом ветра. Он накрывал её в течение долгого времени. Сидя вот так, она ругала себя, что не может остановиться, и ругала себя за то, что проявляет такую слабость, когда устаёт. Что так нельзя. Однако сомнения «а как тогда можно» – тянули сильнее. Сжимая до боли в ладони платок, когтями царапая собственную кожу, со злостью сжав зубы, она пыталась успокоиться и взять себя в руки. Вспомнила, как обычно где – либо позволяла таким слабостям в подушки или вынося всё во что-то мягкое. Трудно представить, что вся одежда пропитана слезами.
- Ну сколько можно. Уже большая девочка, а плачешь как ребёнок, по глупым причинам, по глупым слабостям. Есть хуже, люди хуже, и жизнь у них труднее. Соберись. – она вытирала рукавом слезы, царапая пуговицами щёки. Дрожащими пальцами держала сигарету, пытаясь сделать последнюю затяжку, судорожно выдохнула, с неистовой злостью пытаясь затушить окурок, другой рукой нащупав телефон. Не решительно, она нажала на клавишу вызова, в голове пытаясь перемотать всплывающие картинки одиночества. Как только Он взял трубку он залилась слезами, ей не надо было что-то говорить, что бы Он понял её состояние. Она знала, что ничего кроме как услышать Его голос, ей больше ничего не нужно. Просто в жизни бывают такие моменты, когда ей надо знать что просто есть он. И не надо слов утешения. Ничего, кроме осознания, что он, правда существует. На то, что бы описать текстом причины её состояние – буквы не нужны. Ведь, по сути, невозможно описать не одно состояние буквами, звуками или словами. Потому что у каждого они свои. Успокоившись, после разговора, он заставил её улыбаться. Только не останется ли это очередным крючком сейчас –а потом растянутой ниткой, которая создаст ещё одну прорезь в её жизненном покрывале?
3 Крючок.
Комната. Коробка. Лишь музыка и странности состояния. Настроение, выражающее не то нейтральность, не то маленькую радость. Пустота во взгляде. После приезда она так и не разделась, стояла посреди коробки. Босиком на мягком ковре, и одинаково ровно крутила игрушку йо-йо, в образе хеллоу кити, которую ей подарили недавно. Она начала уходить в какие-то логические мыслительные процессы о скорости вращения, количествах возможных кругов и вариаций игры. Но решила просто насладиться пустотой, и систематичным звуком царапающей пластмассы о её ногти, во время одного уровня касания игрушки и её ладони. Её жизнь это книги, фразы, пустота, сладкое, игрушки и животные. Забавное получается полотно. Интересно лишь какого оно цвета.


У каждого крючка есть ворсинка нити, вносящая свой вклад в общей вид нити, соответственно и крючка вязанного мягкого шарфа жизни. Он меняет лишь цвета, которые никому не известны. Даже ей. Но из таких нитий и мелочей состоит вся неизвестная жизнь.
В ожидании очередного приключения

13 декабря 2011

@темы: Главы Жизни, Рассказы

00:58 

Я - пустое место. Но из пустого места всегда получается что-то великое. (с) Ди.
привет. так давно не писала тебе. вот так. как дела, пустые электронные страницы? как ты тут без меня? Мой склад пустых, и глупых букв...
Моя последняя надежда на самовыражение. Я не рисую, не пишу, я вообще ничего не делаю. Существую. Скучаю по тебе, мои строчки... ручка, бумага, запах книг. Внутри столько эмоций кипят, но мне стыдно тебе их озвучивать, мысли летят, но мне очень холодно. Это говорит о том, что, наверное, мне так плохо и я настолько устала, что те жалкие утечки мыслей и эмоций уже даже не заставляют двигаться. Маленький взрыв, переполох мыслей. Знаешь, строчки, мне очень страшно. С каждым днём грустно. Может и весело, но тяжело. Хочется проснуться, расплакаться с криками "мама", почувствовать протянутые руки, которые крепко обнимут и скажут что все будет хорошо. Но мне каждый день приходиться творить тут то, что мне абсолютно не нравится и я не получаю удовольствие. Только вечно иду куда-то, кому-то помогаю, что-то делаю...кем-то живу... не собой..Наверное, пытаюсь раскрасить своё существование. представляешь, страницы, от музыки болит голова и уши. Даже она уже не греет меня... и одеяло, пушистые, теплые вроде, но такие ледяные. коты предали за еду. и так все болит, черт возьми... проклятые таблетки которые раньше все это глушили, не помогают...Ничего не хочется. Знаешь, страницы, я ведь опять долго не напишу. Просто потому что событий или слишком много и они запутаны - не достойны Твоего внимания, либо их попросту нет. Тех, что я могл бы Тебе рассказать. Прости меня. За то, что стоишь тут пустой и глухой. Покрываешься пылью... не бойся, я читаю тебя. если и не создаю новое, я все равно читаю тебя. Сейчас я очень хочу спать, так что я наверное пойду. Прости меня, строчки, и береги себя. Не собирай мусор.
Твоя - я.

как же хочется все взять и уничтожить. Взять и убиться головой об стену. забыть все к чертовой матери, бить себя бутылкой шампанского по голове, поорать в конце концов на сраных прохожих потому что они тупые ебаные мудаки. как же просто хочется разнести все и выплеснуть мать вашу.
.

@музыка: земфира – бесконечность

@настроение: я готов трахаться со сном, колоть сон в вены, втирать сон в десны. сон.

@темы: Главы Жизни

02:23 

с уважением - твоя я.

Я - пустое место. Но из пустого места всегда получается что-то великое. (с) Ди.
Привет.
Я просто пришла поделиться с тобой, что я прожигаю себя. Вдруг, тебе станет интересно?
прожигают молодость по разному. В основном, людям есть что вспомнить хорошего. Становяться известнымми, открывая свои таланты. Либо добиваються как минимум чего-то. Какой-то стабильности. В чем-то.
Я прожигаю своё время ничтожно и одиноко. В принципах, комплексах, и разочерованиях пессимизма бытия.
Я хочу поделиться с тобой, что у меня не осталось сил и нет не одного допинга,что бы любить себя.
Говорят, я стала эгоистом. Мне кажется, что просто овощем, потому что стало на все равно все равно.
Но в первую очередь на себя.
мой дорогой, я перестла бороться за что-либо.
прости меня.
Я не знаю, когда и как это измениться. И измениться ли вообще.
На все ответит лишь Время.
Прошло почти 18 лет никчемного существования.
Я по- прежнему одна, и не занимаюсь ничем, кроме чужой воли или в свободное время бессмысленными и ненужными вещами, даже не в свой адрес.
Желаний у меня нет. Целей - тоже.
Люди все так же предают и врут, использую меня. Но мне уже все равно.
Плакать нет сил. А оплакивать себя - противно и стыдно по отношению в последним частицам жизни и воздуха.
Моя кошка по-прежнему жирная.
Моя фигура - тоже.
Голова болит и пустеет.
Мне очень жаль, дневник, что я веду тебя.
Наверное,стыдно тебе за такую Хозяйку...
Ты тоже меня прости.
Надеюсь,мои враги истинно радуютя и ликуют.
И мои не существующие друзья печаляться где-нибудь за меня...

с уважением - твоя я.

@музыка: Sia – Paranoid Android (Radiohead Cover)

@настроение: болит голова

@темы: Главы Жизни

00:12 

Я - пустое место. Но из пустого места всегда получается что-то великое. (с) Ди.
- Отложи денег на долг, все остальные забери себе.
- Нет, я против этого цвета и не отложу денег.
- Да мне по фигу против или нет, мои деньги, отложи денег пока меня не будет, все остальное забирай себе. Все равно я найду способ покраситься в бирюзовый.
- Ты сказала что все деньги мои, так что денег нет, и ты не покрасишься.
- Ладно, я покрашусь, а ты отложи.
- нет не покрасишься и денег не будет.
- МААААААААААМ! ТЫ ПОНЯЛА ЧТО Я СКАЗАЛА?!
- Я так тебя люблю*ехидно смеется*
- Да блять XDD ты издеваешься надо мной и любишь издеваться надо мной. Я все равно покрашусь.
- Я все равно не дам тебе денег :D (С) Мы

@темы: Главы Жизни

04:38 

Глоток чая.

Я - пустое место. Но из пустого места всегда получается что-то великое. (с) Ди.
Любимый. Я здесь. Принесла Тебе свои новости. Примешь?

Хомячка по имени Бо.
Мужчина из крови Солнца.
Попытка нормальной жизни для общественности.
все, снова, наверно не надолго.
не верю.
не загадываю.
не жду.
не требую.
По прежнему не живу.
Пытаюсь дышать.
Ах да.. ещё у меня полусломанные рёбра. На меня лучший друг упал.
И 16 июля мы отмечали Новый Год мышей.
У меня все как-то.
А ты? мой мертвый мир? по тебе, ходят Тени. Надеюсь, тебе не больно.
Я тут...Счас я поглажу тебя ласково, пройдусь по твоей глубене своей холодной ладошкой. Переберу насквозь все строчки, прижму к себе, создам рябь. И снова разглажу. Отпущу Тебя электронные страницы. Слова моего рая. Я принесла тебе Музыку, сон, и черешню.
Завтра надо будет убрать елку...
Покормить Бо.
И приучить себя рано вставать.
Скоро начнется жизненная нагрузка глупости со стороны людей, большим неисправимым потоком. Пора готовиться.
Пора попробовать заставить себя что-то сделать. Не важно, что не получится. Не важно, что будет больно.
Я займу Время и отвлеку Смерть. Развлеку. Разбавлю Пустоту звоном отчаянного Крика.
кто знает, от счастья ?
Вспомнить...
что такое Счастье на вкус.
Давай вспомним с Тобой, моя электронная Пустота.
О том.
Что я, наверное.
Жива...






@музыка: [Beyonce] – A Woman Like Me (OST Розовая Пантера)

@настроение: Мишка

@темы: Главы Жизни, Порывы

Мемуары человека.

главная